Блог Павла Лачёва

Дорогие друзья, уважаемые коллеги психологи и психотерапевты, читатели! Здравствуйте! Так называемый "кризис среднего возраста" для мужчины время особенное. Каждый из нас надеется в него не попасть или миновать с минимальными потерями. И каждый верит, что уже "мне-то повезет более, чем остальным".

Про кризис среднего возраста говорят, что это время, когда мечты, придуманные в подростковом переходном периоде, либо уже осуществились, либо перестали быть интересными, а новых, достойных того, чтобы стать вдохновляющим началом уже зрелому мужчине, по каким-то причинам не появилось. Вот и смотрит он в будущее, а там - ничего. И чувствует себя затерявшимся во времени и пространстве.

Самый главный вопрос, на который он ищет ответ "Для чего?" Ищет и находит. Со временем. А пока он ищет, жизнь идет своим чередом, оставляя следы вокруг него и на нем (слегка перефразируя уважаемого автора Женю Гришковца).

Один мой клиент, как раз из числа преодолевших такой "кризис", предложил мне нижеследующий текст. Он утверждает, что это именно о кризисе среднего возраста и написано уже по выходу из того нелегкого для него состояния. Что ж, мне остается поверить и предложить и Вам, уважаемый читатель, познакомиться с этим текстом.

Время пристанища

1

Человек шел своею дорогой. Его думы были о главном порою. Порою его волновали вопросы питания и заботы о ближних. Так и шел человек своею дорогой. С периодичностью на пути возникали явления и события. В очередной раз таким явлением стала хорошая тень густой кроны большого дерева. Это место на время стало пристанищем. Только на время. Но человек об этом не знал и, как всегда, располагаясь, обосновывался будто навсегда.

Расстелив пестрое покрывало, он закрепил его края своим рюкзаком и ботинками, защищая себя и свое имущество от возможных порывов всегдашнего ветра. Четвертый угол он прижал своим телом. Сейчас было тихо.

Выбранное место способствовало тому, чтобы сохранять тень по возможности в течение всего светового дня. И трава под покрывалом росла наиболее густо. Таким образом, все способствовало комфортному времяпрепровождению.

Человек вышел. Ведь не все же время сидеть, будто премудрый пескарь в своей норе. Ботинки были использованы стоящими на уголках пестрого покрывала, а по сему, босые ноги сдерживали движение души человека. Шаги его были осторожны. Трава щекотала подошвы. Разбежаться бы, да взмахнуть над поляною…

Но и здесь было много занимательного. Вот ползет серый жук. Деловитость походки не оставляет сомнения, что существо, если и не имеет ежедневника для составления планов, то уж точно знает, куда спешит именно в данную минуту. Природа позаботилась об этом. Человек поздоровался. Жук приостановился на мгновение и двинулся дальше. Его ждут. Человек не настаивал на продолжительном общении. Общие темы не представляли предмета для анализа и, можно было, без сожаления, радоваться семенящим ножкам, которые так искусно создала Мать-Природа и теперь заботливо не дает им покоя ни днем, ни ночью.

Птичий крик потревожил не только жука. Ножки замелькали быстрей, и первая щель стала последним местом, где человек видел его. Вороний глаз посмотрел по сторонам. И встретился с человечьим глазом. Оба замерли. Воспоминания о долгожительстве ворон принесли вопрос о возрасте данной особи, что никак не имело отношения к цели, ради которой человек покинул свое пристанище на босу ногу. Отряхивание штанин спугнуло птицу. Человек остался один. Навевало скуку, а действовать нужно. Не понятно только, что делать, а самое главное для чего. И человек медленно, оберегая босые ступни, побрел обратно к месту пристанища.

2

Повседневность современности шла стороной, и всегда хотелось чего-то большего. Человек не догадывался об этом, но неустойчивое ощущение зыбкой пелены, скрывающей яркое будущее, одновременно томило и вселяло надежду.

Пестрое покрывало потребовало по возвращении некоторого ухода. Легкие порывы ветра принесли паутинки, травинки, пылинки.

Босые подошвы, прижавшись друг к дружке, возлежали на рюкзаке. Человеку было дело до неба. И сейчас его занимало оно. Тихо плывущие облака были похожи на людей – также изменчивы их очертания, и не оставляющие следов траектории. Человек любил людей. Он сам был одним из них, так, по крайней мере, он всегда думал. И ничего, что сейчас он был один. Он знал, что где-то всегда есть кто-то, кого можно любить, даже не зная об этом. Эта мысль, переходящая в чувство, в последних событиях была лейтмотивом всей его жизнедеятельности.

Облокотившись на Землю, человек стал смотреть по сторонам. Там была даль. Кругом. Приближалась ночь, а это означало необходимость совершить определенные ритуалы: принять пищу, ванну, совершить молитву.

3

Утро это всегда будущее. Потому утро вечера мудренее, потому вечером лучше ложиться пораньше и также пораньше пробуждаться утром, потому утренние мысли и чувства интереснее и приятнее вечерних… И еще много всяких потому.

Пробуждение человека ничем примечательным не отличалось. Разве что тем, что просыпался он раньше, чем пробуждалось его сознание, так ему казалось. Сны, бывало, очень развлекали, особенно под утро. Приоткрывши глаза, человек снова увидел всегдашнее небо. И краешек солнца, неторопливо поднимавшего себя над горизонтом. И человек последовал его примеру. Ботинки стояли влажные от росы и потому, одетые на босу ногу, напоминали о близости плотного тела человека к Природе. Идти было некуда, и человек пошел вперед. Там его ждало будущее. А с ним и его рюкзак.